Деньги, грязь и кока: Латинская Америка пробирается на рынок драгметаллов
Деньги, грязь и кока: Латинская Америка пробирается на рынок драгметаллов - 21.10.2026, ПРАЙМ ЗОЛОТО
Деньги, грязь и кока: Латинская Америка пробирается на рынок драгметаллов
Латинская Америка обладает сильной сырьевой базой по золоту и серебру, но её конкурентоспособность определяется уже не только масштабом добычи. Всё большее... | 21.10.2026, ПРАЙМ ЗОЛОТО
Латинская Америка обладает сильной сырьевой базой по золоту и серебру, но её конкурентоспособность определяется уже не только масштабом добычи. Всё большее значение приобретают переработка, аффинаж, инвестиционная устойчивость и прозрачность происхождения металла.По данным Геологической службы США (USGS), в 2024–2025 годах лидером региона по производству золота оставалась Мексика (около 140 тонн), далее следовали Перу (100–110 тонн), Бразилия (70–80 тонн) и Колумбия (55–60 тонн). Чили и Перу сохраняют позиции мировых лидеров по меди, где золото и серебро часто выступают попутными продуктами. Колумбия традиционно производит платину (0,6–0,9 тонны в год).🇲🇽 Мексика: серебряный центр с металлургической базойМексика остаётся главным серебряным центром региона. По данным Горной палаты Мексики (CAMIMEX), в 2024 году страна сохранила первое место в Латинской Америке и седьмое–девятое место в мире по добыче золота. В 2025 году, по оценке USGS, производство золота в Мексике составило около 140 тонн, тогда как CAMIMEX фиксирует снижение до 2,58 миллиона унций (примерно 80 тонн). По серебру Мексика продолжает занимать первое место в мире.Для Мексики критично то, что добыча сочетается с развитой металлургической базой. Это позволяет стране не ограничиваться экспортом руды и концентратов, а оставлять внутри экономики более высокую долю добавленной стоимости за счёт переработки и аффинажа.🇵🇪 Перу: богатство недр упирается в бюрократиюПеру остаётся одним из крупнейших горнодобывающих центров Южной Америки. Его преимущество состоит в том, что на одной территории сочетаются значительные запасы золота и серебра с мощной добычей меди, свинца и цинка. Однако дальнейшее расширение производства упирается прежде всего в запуск новых проектов. По данным Министерства энергетики и шахт Перу, портфель горнодобывающих проектов оценивается примерно в 64 миллиарда долларов. Значительная его часть на протяжении многих лет остаётся нереализованной из-за бюрократической сложности и социальных конфликтов.Этот пример наглядно показывает предел чисто ресурсного преимущества. Наличие крупных месторождений само по себе не обеспечивает быстрый рост производства. Для долгосрочных инвестиций критичны стабильность регулирования, скорость лицензирования, отношения с местными сообществами и способность государства превращать доходы от добычи в инфраструктуру и развитие регионов.🇧🇷 Бразилия: рост на фоне проблемы "грязного" золотаБразилия усиливает позиции в золотодобыче. В 2025 году поступления от горнодобывающих роялти достигли 7,91 миллиарда реалов (+6,3% к предыдущему году), а доля золота в их структуре выросла с 4,8% до 7,5%. На уровне отдельных компаний рост также заметен. Serabi Gold (штат Пара) в 2025 году произвела 44 169 унций золота (+18%), а на 2026 год планирует увеличить производство до 53–57 тысяч унций и расширить перерабатывающую мощность. Ресурсная база компании выросла с 1,0 до 1,4 миллиона унций.Одновременно именно Бразилия демонстрирует одну из главных системных проблем отрасли — незаконную золотодобычу в Амазонии и на землях коренных народов. По оценкам Института Escolhas, после введения электронного учёта и отмены презумпции "добросовестности" покупателя зарегистрированная доля кустарной и неформальной добычи резко снизилась. Однако спутниковые данные показывают, что сама активность нелегальной добычи сократилась далеко не пропорционально.В апреле 2026 года Федеральная полиция Бразилии и Бразильский институт горнодобывающей промышленности (IBRAM) подписали соглашение о техническом сотрудничестве. Его цель — создать национальную базу геохимических профилей золота, которая позволит определять происхождение металла по его химическому "отпечатку". После переплавки незаконно добытое золото практически невозможно отделить от легального, поэтому для выхода на наиболее регулируемые рынки критически важна сквозная прослеживаемость всей цепочки поставок.🇨🇴 Колумбия: золото и кока — одна теневая экономикаВ Колумбии проблема нелегальной золотодобычи тесно переплетена с наркотической экономикой. По данным Министерства горной промышленности и энергетики совместно с Управлением ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН), в 2025 году добыча золота из речных и наносных месторождений была зафиксирована на площади 118 410 гектаров (+4,5% к 2024 году). При этом 75% такой добычи относилось к незаконной.Особенно показательно, что 48% площади совпадало с районами выращивания коки, а в 79 из 118 муниципалитетов одновременно регистрировались посевы коки. В 85,6% муниципалитетов с золотодобычей присутствовала как минимум одна незаконная вооружённая группа.Эти цифры показывают, что нелегальная золотодобыча существует не изолированно, а внутри более широкой теневой экономики. Золото и наркотрафик используют одни и те же слабоконтролируемые территории, транспортные маршруты, наличный оборот и коррупционные связи. При этом золото для преступных групп особенно удобно. После аффинажа оно может войти в легальный оборот значительно легче, чем наркотики. В ряде стран региона (Перу, Колумбия, Эквадор) доходы организованной преступности от нелегального золота в 2024–2026 годах стали сопоставимы или превысили доходы от кокаина.🏛️ Институты и ESG: что мешает инвестициямПолитико-институциональная среда остаётся ещё одним важным ограничением. Горнодобывающий проект создаётся на десятилетия, поэтому инвестор оценивает не только качество месторождения, но и устойчивость налогового режима, экологических правил, лицензирования и отношений с местными сообществами. В этом отношении регион крайне неоднороден.Дополнительными барьерами выступают жёсткие ESG-требования, удорожающие открытую добычу и требующие крупных инвестиций в очистку стоков, а также логистическая сложность многих месторождений, расположенных в высокогорье или джунглях. Не все руды легко обогатимы. Часто требуются капиталоёмкие технологии, сопряжённые с экологическими рисками.🔮 Будущее регионаПерспективы формирования крупного регионального центра зависят от того, насколько страны смогут перейти от добычи к более высоким стадиям цепочки создания стоимости. На уровне сырья Латинская Америка уже обладает сильными позициями. Следующий этап связан с расширением переработки, аффинажа, сертификации и специализированной торговой инфраструктуры.Появление единого центра по образцу Дубая (для нефти) или Гонконга (для торговли золотом) в краткосрочной перспективе маловероятно. Наиболее реалистичным выглядит развитие нескольких специализированных центров. Мексика может укрепляться как центр серебра и аффинажа, Бразилия — как центр золотодобычи и переработки, Перу — как крупный полиметаллический производитель с растущей ролью драгоценных металлов. Портовые города Бразилии, Чили, Перу и Аргентины способны усилить роль транзитных узлов для концентратов, направляемых в Азию.Главный фактор дальнейшего усиления региона связан уже не с объёмом запасов, а с тем, какая часть переработки, очистки, сертификации и торговли будет оставаться внутри национальных экономик и насколько успешно удастся решить проблему "грязного" золота.Автор: Виктория Кузнецова, кандидат исторических наук, доцент экономического факультета РУДН
Латинская Америка обладает сильной сырьевой базой по золоту и серебру, но её конкурентоспособность определяется уже не только масштабом добычи. Всё большее значение приобретают переработка, аффинаж, инвестиционная устойчивость и прозрачность происхождения металла.
По данным Геологической службы США (USGS), в 2024–2025 годах лидером региона по производству золота оставалась Мексика (около 140 тонн), далее следовали Перу (100–110 тонн), Бразилия (70–80 тонн) и Колумбия (55–60 тонн). Чили и Перу сохраняют позиции мировых лидеров по меди, где золото и серебро часто выступают попутными продуктами. Колумбия традиционно производит платину (0,6–0,9 тонны в год).
🇲🇽 Мексика: серебряный центр с металлургической базой
Мексика остаётся главным серебряным центром региона. По данным Горной палаты Мексики (CAMIMEX), в 2024 году страна сохранила первое место в Латинской Америке и седьмое–девятое место в мире по добыче золота. В 2025 году, по оценке USGS, производство золота в Мексике составило около 140 тонн, тогда как CAMIMEX фиксирует снижение до 2,58 миллиона унций (примерно 80 тонн). По серебру Мексика продолжает занимать первое место в мире.
Для Мексики критично то, что добыча сочетается с развитой металлургической базой. Это позволяет стране не ограничиваться экспортом руды и концентратов, а оставлять внутри экономики более высокую долю добавленной стоимости за счёт переработки и аффинажа.
🇵🇪 Перу: богатство недр упирается в бюрократию
Перу остаётся одним из крупнейших горнодобывающих центров Южной Америки. Его преимущество состоит в том, что на одной территории сочетаются значительные запасы золота и серебра с мощной добычей меди, свинца и цинка. Однако дальнейшее расширение производства упирается прежде всего в запуск новых проектов. По данным Министерства энергетики и шахт Перу, портфель горнодобывающих проектов оценивается примерно в 64 миллиарда долларов. Значительная его часть на протяжении многих лет остаётся нереализованной из-за бюрократической сложности и социальных конфликтов.
Этот пример наглядно показывает предел чисто ресурсного преимущества. Наличие крупных месторождений само по себе не обеспечивает быстрый рост производства. Для долгосрочных инвестиций критичны стабильность регулирования, скорость лицензирования, отношения с местными сообществами и способность государства превращать доходы от добычи в инфраструктуру и развитие регионов.
🇧🇷 Бразилия: рост на фоне проблемы "грязного" золота
Бразилия усиливает позиции в золотодобыче. В 2025 году поступления от горнодобывающих роялти достигли 7,91 миллиарда реалов (+6,3% к предыдущему году), а доля золота в их структуре выросла с 4,8% до 7,5%. На уровне отдельных компаний рост также заметен. Serabi Gold (штат Пара) в 2025 году произвела 44 169 унций золота (+18%), а на 2026 год планирует увеличить производство до 53–57 тысяч унций и расширить перерабатывающую мощность. Ресурсная база компании выросла с 1,0 до 1,4 миллиона унций.
Одновременно именно Бразилия демонстрирует одну из главных системных проблем отрасли — незаконную золотодобычу в Амазонии и на землях коренных народов. По оценкам Института Escolhas, после введения электронного учёта и отмены презумпции "добросовестности" покупателя зарегистрированная доля кустарной и неформальной добычи резко снизилась. Однако спутниковые данные показывают, что сама активность нелегальной добычи сократилась далеко не пропорционально.
В апреле 2026 года Федеральная полиция Бразилии и Бразильский институт горнодобывающей промышленности (IBRAM) подписали соглашение о техническом сотрудничестве. Его цель — создать национальную базу геохимических профилей золота, которая позволит определять происхождение металла по его химическому "отпечатку". После переплавки незаконно добытое золото практически невозможно отделить от легального, поэтому для выхода на наиболее регулируемые рынки критически важна сквозная прослеживаемость всей цепочки поставок.
🇨🇴 Колумбия: золото и кока — одна теневая экономика
В Колумбии проблема нелегальной золотодобычи тесно переплетена с наркотической экономикой. По данным Министерства горной промышленности и энергетики совместно с Управлением ООН по наркотикам и преступности (УНП ООН), в 2025 году добыча золота из речных и наносных месторождений была зафиксирована на площади 118 410 гектаров (+4,5% к 2024 году). При этом 75% такой добычи относилось к незаконной.
Особенно показательно, что 48% площади совпадало с районами выращивания коки, а в 79 из 118 муниципалитетов одновременно регистрировались посевы коки. В 85,6% муниципалитетов с золотодобычей присутствовала как минимум одна незаконная вооружённая группа.
Эти цифры показывают, что нелегальная золотодобыча существует не изолированно, а внутри более широкой теневой экономики. Золото и наркотрафик используют одни и те же слабоконтролируемые территории, транспортные маршруты, наличный оборот и коррупционные связи. При этом золото для преступных групп особенно удобно. После аффинажа оно может войти в легальный оборот значительно легче, чем наркотики. В ряде стран региона (Перу, Колумбия, Эквадор) доходы организованной преступности от нелегального золота в 2024–2026 годах стали сопоставимы или превысили доходы от кокаина.
🏛️ Институты и ESG: что мешает инвестициям
Политико-институциональная среда остаётся ещё одним важным ограничением. Горнодобывающий проект создаётся на десятилетия, поэтому инвестор оценивает не только качество месторождения, но и устойчивость налогового режима, экологических правил, лицензирования и отношений с местными сообществами. В этом отношении регион крайне неоднороден.
Дополнительными барьерами выступают жёсткие ESG-требования, удорожающие открытую добычу и требующие крупных инвестиций в очистку стоков, а также логистическая сложность многих месторождений, расположенных в высокогорье или джунглях. Не все руды легко обогатимы. Часто требуются капиталоёмкие технологии, сопряжённые с экологическими рисками.
🔮 Будущее региона
Перспективы формирования крупного регионального центра зависят от того, насколько страны смогут перейти от добычи к более высоким стадиям цепочки создания стоимости. На уровне сырья Латинская Америка уже обладает сильными позициями. Следующий этап связан с расширением переработки, аффинажа, сертификации и специализированной торговой инфраструктуры.
Появление единого центра по образцу Дубая (для нефти) или Гонконга (для торговли золотом) в краткосрочной перспективе маловероятно. Наиболее реалистичным выглядит развитие нескольких специализированных центров. Мексика может укрепляться как центр серебра и аффинажа, Бразилия — как центр золотодобычи и переработки, Перу — как крупный полиметаллический производитель с растущей ролью драгоценных металлов. Портовые города Бразилии, Чили, Перу и Аргентины способны усилить роль транзитных узлов для концентратов, направляемых в Азию.
Главный фактор дальнейшего усиления региона связан уже не с объёмом запасов, а с тем, какая часть переработки, очистки, сертификации и торговли будет оставаться внутри национальных экономик и насколько успешно удастся решить проблему "грязного" золота.
Автор: Виктория Кузнецова, кандидат исторических наук, доцент экономического факультета РУДН
В разделе "Мнения" сайта "Вестник Золотопромышленника" публикуются материалы, предоставленные аналитиками, трейдерами и экспертами российских и зарубежных компаний, банков, а также публикуются мнения собственных экспертов "Вестника Золотопромышленника" и АЭИ "Прайм".
Мнения авторов по тому или иному вопросу, отраженные в публикуемых агентством материалах, могут не совпадать с мнением редакции. Авторы и "Вестник Золотопромышленника", а также АЭИ "Прайм" не берут на себя ответственность за действия, предпринятые на основе данной информации. С появлением новых данных по рынку позиция авторов может меняться.
Представленные мнения выражены с учетом ситуации на момент выхода материала и носят исключительно ознакомительный характер; они не являются предложением или советом по совершению каких-либо действий и/или сделок, в том числе по покупке либо продаже ценных бумаг. По всем вопросам размещения информации в разделе "Мнения" Вы можете обращаться в редакцию агентства: combroker@1prime.ru
Доступ к чату заблокирован за нарушение правил.
Вы сможете вновь принимать участие через: ∞.
Если вы не согласны с блокировкой, воспользуйтесь формой обратной связи
Обсуждение закрыто. Участвовать в дискуссии можно в течение 24 часов после выпуска статьи.
