https://gold.1prime.ru/20260424/aziya-1358643.html
Индия и Китай сговорились, загнав Запад в "золотой капкан"
Индия и Китай сговорились, загнав Запад в "золотой капкан" - 24.04.2026, ПРАЙМ ЗОЛОТО
Индия и Китай сговорились, загнав Запад в "золотой капкан"
МОСКВА, 24 апр — ПРАЙМ. Глобальный рынок золота переживает не просто ценовую коррекцию, а фундаментальную смену эпох. Пока западные инвесторы гадают, когда ФРС начнет снижать ставки, Пекин и Нью-Дели методично выстраивают собственную инфраструктуру хранения, клиринга и ценообразования на драгметаллы.
2026-04-24T13:19+0300
2026-04-24T13:19+0300
2026-04-24T13:58+0300
новости
китай
индия
гонконг
lbma
https://gold.1prime.ru/img/07ea/04/18/1358491_0:54:1001:617_1920x0_80_0_0_cdf1d7c1bce3163e02882cf126dcc690.jpg
В апреле 2026 года два азиатских гиганта сделали синхронный шаг, который может навсегда изменить баланс сил: Индия ввела лицензирование импорта ювелирных изделий, а Китай запустил тесты собственной клиринговой системы в Гонконге. На этом фоне разрыв между бумажными ценами COMEX и физическим спросом в Азии достиг исторического максимума. LBMA теряет монополию на "правильную" цену, а мировые резервы перетекают на Восток — возможно, уже безвозвратно."Священная" лицензия: как Индия перекрыла "серый" каналК середине апреля 2026 года Индия — второй по величине рынок золота в мире — полностью перевела весь импорт изделий из драгоценных металлов в категорию "ограниченный". Теперь любая поставка, от крупных ювелирных сетей до небольших мастерских, требует прямого разрешения правительства. Сделано это было накануне Акшая Трития — одного из самых значимых дней в индуистском календаре, который в 2026 году выпал на 19 апреля. В этот день покупка золота считается символом устойчивого достатка.Годами значительная часть ювелирных изделий заходила в страну под видом товаров из Таиланда после минимальной доработки (гравировки или легкой полировки), что позволяло резко снижать пошлины. На фоне этого "серого" потока официальный импорт золота уже бил рекорды: за 11 месяцев финансового года он превысил $69 млрд, а золото заняло более 5% всего индийского импорта, ощутимо раздувая дефицит платежного баланса. В разгар пика Нью-Дели выбрал не повышение пошлин (политически токсичный шаг), а жесткий административный фильтр, чтобы перекрыть каналы, где теряются миллиарды рублей.Результат последовал незамедлительно. По данным индийских чиновников и источников в отрасли, на таможне сразу же застряло около 5 тонн золота и 8 тонн серебра, ожидая прояснения процедур. Рынок моментально перевернулся: если до нововведения дилеры предлагали металл со скидкой к официальной цене (избыточное предложение), то к середине апреля на фоне подготовки к празднику и свадебному сезону предложение резко сузилось. Дилеры начали требовать премию до $9 за унцию вместо прежнего дисконта — чистый разворот "минус в плюс" за несколько дней.Параллельно Индия сделала еще один важный шаг. С начала апреля регулятор обязал все фонды, инвестирующие в золото и серебро, рассчитывать стоимость своих активов исходя из внутренних биржевых котировок, а не по лондонскому фиксингу. Теперь премии и локальный дефицит напрямую попадают в цену фондов, формируя собственный ценовой "полюс", чувствительный к реальному индийскому спросу.Гонконгский хаб и шанхайский клиринг: Китай создает новую реальностьПока Индия закручивала гайки на импорте, Китай совершал еще более масштабный маневр. Страна строит в Гонконге золотой хаб ёмкостью более 2 тысячи тонн с прямой связкой со Шанхайской биржей. Это целая экосистема, включающая хранение металла, собственные клиринговые расчеты и операции для центробанков и суверенных фондов. В 2026 году стартовали тесты централизованной клиринговой системы SGE с опорой на Гонконг. Это дает участникам возможность рассчитываться за золото без западных банков-корреспондентов, проводить сделки и залоговые операции вне систем LBMA и SWIFT, получая защиту от заморозки активов.Заморозка около 300 млрд долларов российских резервов в 2022 году показала всем, что активы в западной инфраструктуре — это политика. Чем больше золота лежит в собственной системе и чем меньше операций проходит через LBMA и SWIFT, тем ниже санкционный риск — такова негласная логика Пекина. Первым иностранным участником клиринговой системы уже стал центральный банк Камбоджи. Потенциальные клиенты — страны Азии, Ближнего Востока и Африки, а также суверенные фонды Залива с активами около 5 триллионов долларов, которые уже увеличивают долю золота в резервах.Статистика безжалостно подтверждает этот тренд: физическое золото стремительно утекает из Лондона и Нью-Йорка на Восток. Средняя премия шанхайских цен к LBMA в марте 2026 года достигла примерно 50 долларов за унцию — год назад она была почти нулевой. А на Шанхайской фьючерсной бирже металл торгуется с устойчивой премией до 12–13% к котировкам COMEX, что работает как гигантский пылесос: китайский импорт бьет исторические рекорды. По оценкам аналитиков, создание собственного золотого хаба в Гонконге запустит еще более мощный переток металла на Восток."Тихое накопление"В марте 2026 года, по данным Народного банка Китая, золотые резервы страны достигли 2313,48 тонны, увеличившись за месяц на 5 тонн — самая крупная покупка с февраля 2025 года.КНР наращивает запасы 17 месяцев подряд. Примечательно, что на пике цен в январе покупки были умеренными, а на мартовской просадке — выросли. Это классическая тактика долгосрочного инвестора, а не спекулянта. В отличие от розничного сегмента, где высокие цены сдерживают спрос, государство использует коррекцию для дешевого пополнения стратегических резервов. Параллельно налоговая реформа в Китае удорожила производство ювелирных изделий, но сохранила льготный режим для инвестиционных слитков, сместив внутренний спрос от украшений к стратегическому активу — так золото в стране становится полноценным инструментом сбережения. По данным MKS PAMP, спрос на слитки уже заметно превышает предложение, особенно перед праздниками.Структурный сдвиг, а не временная коррекцияВедущие мировые инвестбанки подтверждают: то, что мы видим, — не просто колебания рынка, а смена глобальной парадигмы.Goldman Sachs сохраняет целевой прогноз по золоту на конец 2026 года в $5400 за унцию, несмотря на мартовское падение — самое сильное с 2013 года. Аналитики Даан Струйвен и Лина Томас прямо заявляют: мартовская распродажа отражает тактическую смену позиций, а не сдвиг фундаментальных показателей.Схожей позиции придерживаются и другие институты. Всемирный совет по золоту в своем отчете зафиксировал начавшуюся тенденцию: к гонке присоединяются новые игроки — центральные банки Малайзии, Южной Кореи и других стран, которые прежде не проявляли интереса к драгметаллу. Его аналитики также оценивают чистую стоимость глобальных золотых резервов, которая выросла примерно до $5,66 трлн.Тревожный сигнал западным рынкам подает Стэнфордская высшая школа бизнеса. В своем отчете они прямо заявили: действия азиатских регуляторов и переход на внутренние ценовые индикаторы свидетельствуют о том, что международные инвесторы теряют уверенность в активах, номинированных в долларе, и в самом долларе, создавая новый полюс ценообразования на Востоке.Итог и прогноз: что дальше?Ситуация складывается в уникальный конгломерат факторов. Китай и Индия — два крупнейших физических рынка золота в мире — действуют синхронно: один строит собственную инфраструктуру и постепенно насыщает стратегический резерв, второй — административно перенаправляет весь импорт в контролируемое русло.Физическое золото все быстрее утекает на Восток, а ценовые ориентиры Шанхая и Мумбая приобретают все больший вес по сравнению с лондонским фиксингом. По оценкам Bank of America, это не просто тактический ход, а долгосрочная стратегия дедолларизации резервов, которая будет только набирать обороты в ближайшие годы.Три вывода для инвестораКраткосрочные риски, безусловно, сохраняются: если конфликт в Ормузском проливе затянется, новые страны могут последовать за Турцией и Ганой, начав вынужденные распродажи золота для стабилизации валют. Это способно вновь обрушить котировки до $4500 и ниже. Но долгосрочный тренд остается неизменным: текущий этап "скрытого накопления" — это фундамент для нового восхождения. Золото незаметно, но уверенно перетекает на Восток, и Лондон это чувствует.
https://gold.1prime.ru/20260424/kitay-1358092.html
https://gold.1prime.ru/20260423/zumery-1356000.html
китай
индия
гонконг
Вестник золотопромышленника
gold@1prime.ru
+74956453700
АО "АЭИ "ПРАЙМ"
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
2026
Вестник золотопромышленника
gold@1prime.ru
+74956453700
АО "АЭИ "ПРАЙМ"
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
Новости
ru-RU
https://gold.1prime.ru/docs/about/copyright.html
Вестник золотопромышленника
gold@1prime.ru
+74956453700
АО "АЭИ "ПРАЙМ"
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
Вестник золотопромышленника
gold@1prime.ru
+74956453700
АО "АЭИ "ПРАЙМ"
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
Вестник золотопромышленника
gold@1prime.ru
+74956453700
АО "АЭИ "ПРАЙМ"
https://xn--c1acbl2abdlkab1og.xn--p1ai/awards/
новости, китай, индия, гонконг, lbma
Новости, Китай, Индия, Гонконг, LBMA
Индия и Китай сговорились, загнав Запад в "золотой капкан"
Азия переписывает правила глобального рынка золота, и это только начало
МОСКВА, 24 апр — ПРАЙМ. Глобальный рынок золота переживает не просто ценовую коррекцию, а фундаментальную смену эпох. Пока западные инвесторы гадают, когда ФРС начнет снижать ставки, Пекин и Нью-Дели методично выстраивают собственную инфраструктуру хранения, клиринга и ценообразования на драгметаллы.
В апреле 2026 года два азиатских гиганта сделали синхронный шаг, который может навсегда изменить баланс сил: Индия ввела лицензирование импорта ювелирных изделий, а Китай запустил тесты собственной клиринговой системы в Гонконге. На этом фоне разрыв между бумажными ценами COMEX и физическим спросом в Азии достиг исторического максимума. LBMA теряет монополию на "правильную" цену, а мировые резервы перетекают на Восток — возможно, уже безвозвратно.
Китай в марте поставил рекорд по импорту серебра "Священная" лицензия: как Индия перекрыла "серый" канал
К середине апреля 2026 года Индия — второй по величине рынок золота в мире — полностью перевела весь импорт изделий из драгоценных металлов в категорию "ограниченный". Теперь любая поставка, от крупных ювелирных сетей до небольших мастерских, требует прямого разрешения правительства. Сделано это было накануне Акшая Трития — одного из самых значимых дней в индуистском календаре, который в 2026 году выпал на 19 апреля. В этот день покупка золота считается символом устойчивого достатка.
Годами значительная часть ювелирных изделий заходила в страну под видом товаров из Таиланда после минимальной доработки (гравировки или легкой полировки), что позволяло резко снижать пошлины. На фоне этого "серого" потока официальный импорт золота уже бил рекорды: за 11 месяцев финансового года он превысил $69 млрд, а золото заняло более 5% всего индийского импорта, ощутимо раздувая дефицит платежного баланса. В разгар пика Нью-Дели выбрал не повышение пошлин (политически токсичный шаг), а жесткий административный фильтр, чтобы перекрыть каналы, где теряются миллиарды рублей.
Результат последовал незамедлительно. По данным индийских чиновников и источников в отрасли, на таможне сразу же застряло около 5 тонн золота и 8 тонн серебра, ожидая прояснения процедур. Рынок моментально перевернулся: если до нововведения дилеры предлагали металл со скидкой к официальной цене (избыточное предложение), то к середине апреля на фоне подготовки к празднику и свадебному сезону предложение резко сузилось. Дилеры начали требовать премию до $9 за унцию вместо прежнего дисконта — чистый разворот "минус в плюс" за несколько дней.
Параллельно Индия сделала еще один важный шаг. С начала апреля регулятор обязал все фонды, инвестирующие в золото и серебро, рассчитывать стоимость своих активов исходя из внутренних биржевых котировок, а не по лондонскому фиксингу. Теперь премии и локальный дефицит напрямую попадают в цену фондов, формируя собственный ценовой "полюс", чувствительный к реальному индийскому спросу.
Гонконгский хаб и шанхайский клиринг: Китай создает новую реальность
Пока Индия закручивала гайки на импорте, Китай совершал еще более масштабный маневр. Страна строит в Гонконге золотой хаб ёмкостью более 2 тысячи тонн с прямой связкой со Шанхайской биржей. Это целая экосистема, включающая хранение металла, собственные клиринговые расчеты и операции для центробанков и суверенных фондов. В 2026 году стартовали тесты централизованной клиринговой системы SGE с опорой на Гонконг. Это дает участникам возможность рассчитываться за золото без западных банков-корреспондентов, проводить сделки и залоговые операции вне систем LBMA и SWIFT, получая защиту от заморозки активов.
Заморозка около 300 млрд долларов российских резервов в 2022 году показала всем, что активы в западной инфраструктуре — это политика. Чем больше золота лежит в собственной системе и чем меньше операций проходит через LBMA и SWIFT, тем ниже санкционный риск — такова негласная логика Пекина. Первым иностранным участником клиринговой системы уже стал центральный банк Камбоджи. Потенциальные клиенты — страны Азии, Ближнего Востока и Африки, а также суверенные фонды Залива с активами около 5 триллионов долларов, которые уже увеличивают долю золота в резервах.
Статистика безжалостно подтверждает этот тренд: физическое золото стремительно утекает из Лондона и Нью-Йорка на Восток. Средняя премия шанхайских цен к LBMA в марте 2026 года достигла примерно 50 долларов за унцию — год назад она была почти нулевой. А на Шанхайской фьючерсной бирже металл торгуется с устойчивой премией до 12–13% к котировкам COMEX, что работает как гигантский пылесос: китайский импорт бьет исторические рекорды. По оценкам аналитиков, создание собственного золотого хаба в Гонконге запустит еще более мощный переток металла на Восток.
В марте 2026 года, по данным Народного банка Китая, золотые резервы страны достигли 2313,48 тонны, увеличившись за месяц на 5 тонн — самая крупная покупка с февраля 2025 года.
КНР наращивает запасы 17 месяцев подряд. Примечательно, что на пике цен в январе покупки были умеренными, а на мартовской просадке — выросли. Это классическая тактика долгосрочного инвестора, а не спекулянта. В отличие от розничного сегмента, где высокие цены сдерживают спрос, государство использует коррекцию для дешевого пополнения стратегических резервов. Параллельно налоговая реформа в Китае удорожила производство ювелирных изделий, но сохранила льготный режим для инвестиционных слитков, сместив внутренний спрос от украшений к стратегическому активу — так золото в стране становится полноценным инструментом сбережения. По данным MKS PAMP, спрос на слитки уже заметно превышает предложение, особенно перед праздниками.
Структурный сдвиг, а не временная коррекция
Ведущие мировые инвестбанки подтверждают: то, что мы видим, — не просто колебания рынка, а смена глобальной парадигмы.
Инвестор, управляющий с $3 трлн, советует зумерам забыть о "хобби-рынке" Goldman Sachs сохраняет целевой прогноз по золоту на конец 2026 года в $5400 за унцию, несмотря на мартовское падение — самое сильное с 2013 года. Аналитики Даан Струйвен и Лина Томас прямо заявляют: мартовская распродажа отражает тактическую смену позиций, а не сдвиг фундаментальных показателей.
Схожей позиции придерживаются и другие институты. Всемирный совет по золоту в своем отчете зафиксировал начавшуюся тенденцию: к гонке присоединяются новые игроки — центральные банки Малайзии, Южной Кореи и других стран, которые прежде не проявляли интереса к драгметаллу. Его аналитики также оценивают чистую стоимость глобальных золотых резервов, которая выросла примерно до $5,66 трлн.
Тревожный сигнал западным рынкам подает Стэнфордская высшая школа бизнеса. В своем отчете они прямо заявили: действия азиатских регуляторов и переход на внутренние ценовые индикаторы свидетельствуют о том, что международные инвесторы теряют уверенность в активах, номинированных в долларе, и в самом долларе, создавая новый полюс ценообразования на Востоке.
Итог и прогноз: что дальше?
Ситуация складывается в уникальный конгломерат факторов. Китай и Индия — два крупнейших физических рынка золота в мире — действуют синхронно: один строит собственную инфраструктуру и постепенно насыщает стратегический резерв, второй — административно перенаправляет весь импорт в контролируемое русло.
Физическое золото все быстрее утекает на Восток, а ценовые ориентиры Шанхая и Мумбая приобретают все больший вес по сравнению с лондонским фиксингом. По оценкам Bank of America, это не просто тактический ход, а долгосрочная стратегия дедолларизации резервов, которая будет только набирать обороты в ближайшие годы.
1.
Китайский рынок не слаб — он просто сменил приоритеты. Розничный спрос осторожен, но государственный аппетит остается ненасытным. Нынешняя ситуация КНР напоминает "тихое накопление" — фазу, которая исторически предшествует самым мощным ценовым движениям вверх.2.
Глобальный Юг больше не хочет играть по западным правилам. Собственные хабы хранения и расчетов в Гонконге, клиринг SGE, лицензирование импорта в Индии — все это звенья одной цепи. Азия перестала мириться с тем, что цену для миллиардов потребителей определяют трейдеры из Лондона и Нью-Йорка.3.
Структурный дефицит золота на Западе будет только усугубляться. Физический металл уходит в Китай, где создается стратегический резерв. В условиях продолжающегося конфликта на Ближнем Востоке, раздутого торгового дефицита и санкционной неопределенности отток золота из западных хранилищ может продолжиться, как минимум, до конца года.
Краткосрочные риски, безусловно, сохраняются: если конфликт в Ормузском проливе затянется, новые страны могут последовать за Турцией и Ганой, начав вынужденные распродажи золота для стабилизации валют. Это способно вновь обрушить котировки до $4500 и ниже. Но долгосрочный тренд остается неизменным: текущий этап "скрытого накопления" — это фундамент для нового восхождения. Золото незаметно, но уверенно перетекает на Восток, и Лондон это чувствует.
