Люди - наши главные самородки
Интервью Вестнику Золотопромышленника гендиректора "Рок Энд Милл" Егора Колесникова
© Фото (not_rian_foto)
Читайте нас в
Почему "Рок Энд Милл" так называется, как в короткие сроки набрать 300 высококвалифицированных специалистов узкого профиля в условиях острого дефицита кадров, для чего расширять присутствие в других регионах и создавать собственный научно-исследовательский центр.
Об этом в интервью Вестнику Золотопромышленника рассказал генеральный директор "Рок Энд Милл" Егор Колесников
– Егор, "Рок Энд Милл" - уникальная компания в горнодобывающей отрасли, которая способна выполнить любую комплексную задачу. Вам уже больше десяти лет, и сегодня вам доверяют крупнейшие игроки российского рынка. Расскажите, а почему такое название?
– "Рок Энд Милл" (Rock And Mill) с английского это "гора" и "фабрика"... звучит запоминающе, креативно, дерзко и современно. Отражает позиционирование компании - комплексный подрядчик для горнодобывающий отрасли.
– "Рок Энд Милл" (Rock And Mill) с английского это "гора" и "фабрика"... звучит запоминающе, креативно, дерзко и современно. Отражает позиционирование компании - комплексный подрядчик для горнодобывающий отрасли.
Да, мы единственная российская компания, которая готова зайти в проект с получения лицензии, провести весь комплекс геологоразведочных работ, выполнить оценку запасов, провести изыскания, разработать техническую, проектную и рабочую документацию, также у нас есть сильные компетенции в более узкопрофессиональных вопросах, такие как структурная геология, геомеханика, гидрогеология, экологический консалтинг и так далее. Какую бы задачу перед нами ни поставил недропользователь - получить разрешительную документацию или принять стратегическое решение, - мы ее выполним.
– Это сегодня, а с чего начинали?
– Сначала мы не были комплексным подрядчиком. Мы шли к этому постепенно, исходя из запросов рынка. Начинали с разработки ТЭО кондиций.
– Сначала мы не были комплексным подрядчиком. Мы шли к этому постепенно, исходя из запросов рынка. Начинали с разработки ТЭО кондиций.
Самый первый наш проект - Многовершинное. Нам поставили задачу выполнить оценку запасов одного из участков сложного и крупного золоторудного месторождения, мы делали только подсчёт запасов по уже утвержденным ТЭО кондиций. Тогда у нас было в штате четыре геолога, с задачей мы справились, но было откровенно сложно.
Вторым и третьим проектами были ТЭО кондиций с подсчетом запасов золоторудного месторождения Таборное и золотосурьмяного месторождения Дельмачик. Здесь мы уже были вынуждены обратиться за помощью внешних специалистов - горных инженеров и технологов. По завершении проектов мы поняли, что это не эффективно, нужна своя команда.
Таким образом, нам потребовались специалисты камеральной группы: геологи, технологи, горняки, экологи и экономисты. Кроме того, мы решили самостоятельно идти в полевую часть, в геологическое сопровождение буровых работ, добывать информацию, и на основе полученных данных выполнять интерпретацию и достоверную оценку месторождений, так как понимали, что те исходные данные, которые нам передают от других геологических компаний очень низкого качества.
Рок Анд Милл, геологоразведочные работы
© Фото (not_rian_foto)
– Какими были бюджеты этих первых проектов?
– Это были совсем незначительные деньги, таких цен сейчас уже не существует - ведь мы тогда только вышли на рынок с небольшой командой. Условно говоря, ТЭО кондиций тогда, более 10 лет назад, стоили в среднем 8-10 млн рублей против 25-30 млн рублей сегодня.
– Это были совсем незначительные деньги, таких цен сейчас уже не существует - ведь мы тогда только вышли на рынок с небольшой командой. Условно говоря, ТЭО кондиций тогда, более 10 лет назад, стоили в среднем 8-10 млн рублей против 25-30 млн рублей сегодня.
Мы быстро поняли, что продукт, который мы разрабатываем, стоит других денег. Потому что мы тратим совершенно другой ресурс на разработку ТЭО, качество наших проектов было кардинально другого уровня, чем на рынке, мы понимали, что ТЭО кондиций - не просто формальное основание для получения протокола с запасами, а важный документ для принятия дальнейших решений. Таким образом, как нам кажется, мы сильно повлияли на рынок ценообразования и подходы к качеству выполнения работ. Все наши конкуренты подтянулись вслед за нами.
"Рок Энд Милл", геологоразведка, керн, пробы
© Фото (not_rian_foto)
– Какой был самый сложный и крупный проект?
– Одним из первых наших больших проектов был ТЭО кондиций с подсчетом запасов месторождения Томтор. Это одно из крупнейших в мире уникальных месторождений редкоземельных металлов, именно нам посчастливилось сделать его первую оценку. Задача была крайне сложная. Во-первых, большой комплекс полезных ископаемых, и по многим из них, таким как скандий, например, у российских разработчиков просто не было опыта в корректной оценке. Во-вторых, сложная логистика и экономика. Мы со всем успешно справились.
– Одним из первых наших больших проектов был ТЭО кондиций с подсчетом запасов месторождения Томтор. Это одно из крупнейших в мире уникальных месторождений редкоземельных металлов, именно нам посчастливилось сделать его первую оценку. Задача была крайне сложная. Во-первых, большой комплекс полезных ископаемых, и по многим из них, таким как скандий, например, у российских разработчиков просто не было опыта в корректной оценке. Во-вторых, сложная логистика и экономика. Мы со всем успешно справились.
Сложный и крупный проект, например, золоторудное месторождение Наседкино. Задача была комплексная, нужно было провести весь набор геологоразведки, оценить запасы, выполнить банковское ТЭО, разработать техническую проектную и рабочую документацию, проект длился несколько лет, все решения должны быть сквозными, не простыми но и это мы сделали.
Другим сложным проектом была разработка Life of Mine (метод долгосрочного планирования и управления горными работами, используемый для установления сроков и объёма добычи полезных ископаемых на месторождении) для Полиметаллического рудника в Алтайском крае. Мы его тоже взяли с нуля - разработали техническое задание, корректировали в процессе. Такие работы уникальны у нас в стране, так как не существует методики Life of Mine.
"Рок Энд Милл", работы в поле, пробы
© Фото (not_rian_foto)
Все проекты по-своему сложные, все уникальные, всегда сложно выделить самый-самый, а когда за плечами более 550 проектов, рассказывать о них можно часами, мы помним каждый из них.
– Как вы решали кадровый вопрос, как искали людей?
– В 2024-2025 годах нам потребовалось найти быстро и много супердефицитных экспертов: горняков, проектировщиков, специалистов с международным опытом.
– В 2024-2025 годах нам потребовалось найти быстро и много супердефицитных экспертов: горняков, проектировщиков, специалистов с международным опытом.
Мы начали с себя: оценили нашу привлекательность как работодателя. Далее мы решили проследить весь путь и точки возможного касания потенциального сотрудника с брендом компании. Мы составили "Карту впечатлений сотрудника" и смогли понять, как видят компанию потенциальные кандидаты на каждом этапе взаимодействия. Мы завели корпоративные странички в социальных сетях, стали работать с профильными ВУЗами и принимать участие в крупнейших студенческих фестивалях. В результате мы переработали визуальный образ и описание вакансий, а деятельность стали освещать в различных СМИ.
Параллельно мы пересмотрели подходы к адаптации и обучению персонала, внедрив школу внутреннего эксперта, что заметно повысило вовлеченность принимаемых сотрудников. Важнейшей вехой стал выход в регионы - в прошлом году мы открыли филиалы в Иркутске и Челябинске.
В итоге всего за год мы привлекли более 300 высококвалифицированных специалистов узкого профиля в условиях острого дефицита кадров, повысили узнаваемость бренда и увеличили вовлеченность персонала.
– Какие были ваши преимущества, на которые люди точно шли, когда вы стали активно искать специалистов?
– Помимо обычной мотивации - конкурентоспособной заработной платы, одним из важных преимуществ могу назвать количество реализованных проектов. На сегодня их больше 550, а единовременно в работе у нас, как правило, около 70 проектов. Люди могут поучаствовать в разных проектах, на разных стадиях, поработать с различными полезными ископаемыми, с разными задачами. Где-то мы делаем ТЭО и пытаемся найти эффективный вариант, где-то мы проектируем и проходим экспертизу, чтобы получить разрешение на строительство; где-то у нас выполняется рабочая документация, и мы плотно работаем с площадкой и строительным ресурсом клиента.
– Помимо обычной мотивации - конкурентоспособной заработной платы, одним из важных преимуществ могу назвать количество реализованных проектов. На сегодня их больше 550, а единовременно в работе у нас, как правило, около 70 проектов. Люди могут поучаствовать в разных проектах, на разных стадиях, поработать с различными полезными ископаемыми, с разными задачами. Где-то мы делаем ТЭО и пытаемся найти эффективный вариант, где-то мы проектируем и проходим экспертизу, чтобы получить разрешение на строительство; где-то у нас выполняется рабочая документация, и мы плотно работаем с площадкой и строительным ресурсом клиента.
Люди выбирают "Рок Энд Милл" не только из‑за конкурентной зарплаты или соцгарантий - хотя и это, безусловно, важно. Их привлекает нечто большее, - та особая атмосфера, которую мы годами выстраивали и бережно храним.
Наша корпоративная культура - это не просто слова на плакате в холле, а живая, ощутимая реальность. Каждый новый сотрудник с первых дней чувствует, что он попал в место, где ценят личность, уважают опыт и готовы поддержать инициативу. У нас принято открыто говорить о проблемах, делиться идеями и даже спорить - но всегда с уважением и нацеленностью на общий результат. Открытые коммуникации, - это наш фундамент. И главное, что отмечали кандидаты, - это командный дух. Он не возникает сам по себе, мы сознательно его культивируем через совместные проекты, неформальные встречи, традиции празднования успехов.
В любом случае, человек, приходя к нам, понимает, что он будет развиваться, потому что у нас разнообразные проекты, разные задачи, разные клиенты, разные полезные ископаемые и уникальная корпоративная культура.
– Что самое важное в компании, на ваш взгляд?
– Сегодня, учитывая все факторы роста, в камеральной и полевой геологии, в проектировании самое важное - люди. Их качество. Чем раньше ты начнешь взращивать своих специалистов и нанимать на рынке готовых, прошедших "свою" школу, тем быстрее на базе внутренних процессов ты сформируешь ядро. Под ядром я понимаю и опыт в выполнении проектов, и внутренние бизнес-процессы. И когда это ядро становится крепким и устойчивым фундаментом, появляется возможность нарастить "конструкцию" и укрепить ресурс.
– Сегодня, учитывая все факторы роста, в камеральной и полевой геологии, в проектировании самое важное - люди. Их качество. Чем раньше ты начнешь взращивать своих специалистов и нанимать на рынке готовых, прошедших "свою" школу, тем быстрее на базе внутренних процессов ты сформируешь ядро. Под ядром я понимаю и опыт в выполнении проектов, и внутренние бизнес-процессы. И когда это ядро становится крепким и устойчивым фундаментом, появляется возможность нарастить "конструкцию" и укрепить ресурс.
Эти процессы - и формирование ядра, и набор людей - должны быть параллельны.
– Как вы пришли к выполнению всего спектра услуг?
– Всё очень просто, чем больше потребностей клиента ты готов закрыть, тем больше на тебя спрос. Все задачи формирует Клиент, ты либо подстраиваешься под них, ищешь пути решения, ищешь компетенции, развиваешься и растешь, либо уступаешь другим. Кроме того, оказывая весь комплекс услуг, ты сохраняешь преемственность решений, не отступая от стратегии освоения месторождения, все запросы и вопросы в одно окно, к компании, которая дорожит своей репутацией не оставит клиента в сложной ситуации.
– Всё очень просто, чем больше потребностей клиента ты готов закрыть, тем больше на тебя спрос. Все задачи формирует Клиент, ты либо подстраиваешься под них, ищешь пути решения, ищешь компетенции, развиваешься и растешь, либо уступаешь другим. Кроме того, оказывая весь комплекс услуг, ты сохраняешь преемственность решений, не отступая от стратегии освоения месторождения, все запросы и вопросы в одно окно, к компании, которая дорожит своей репутацией не оставит клиента в сложной ситуации.
– Вы сказали, что в прошлом году открыли два филиала - в Челябинске и Иркутске, насколько это оказалось оправданным?
– На мой взгляд, это стало одним из самых удачных решений для компании. Когда мы поняли, что Москва не всегда может ответить на запросы по кадрам, но при этом география кадрового потенциала очень широка в регионах, мы стали искать специалистов там. И столкнулись с тем, что люди не хотят переезжать в Москву: неподходящий ритм жизни, вдали от родных и дома, далеко добираться до места работы. В итоге мы поняли, что нам нужно идти в регионы, формировать там наше ядро, включая всю корпоративную культуру, правила проектирования, отношения между людьми и так далее.
– На мой взгляд, это стало одним из самых удачных решений для компании. Когда мы поняли, что Москва не всегда может ответить на запросы по кадрам, но при этом география кадрового потенциала очень широка в регионах, мы стали искать специалистов там. И столкнулись с тем, что люди не хотят переезжать в Москву: неподходящий ритм жизни, вдали от родных и дома, далеко добираться до места работы. В итоге мы поняли, что нам нужно идти в регионы, формировать там наше ядро, включая всю корпоративную культуру, правила проектирования, отношения между людьми и так далее.
В первую очередь мы остановили свой выбор на Иркутске как технологическом центре России. Челябинск тоже был выбран осознанно - промышленный регион, металлургия. Там мы сфокусировались на строительных компетенциях. В ближайшее время мы планируем расширять свое присутствие в других регионах, развивать новые направления, включая открытие собственного научно-исследовательского центра.
– Сейчас какой у вас интересный проект?
– Интересным крупным объектом, который у нас в работе уже третий год, это известное месторождение Кючус. Раньше там была проведена колоссальная геологоразведка, порядка 140 тысяч погонных метров. Сейчас защищаем ТЭО кондиций с подсчетом запасов в ФБУ ГКЗ.
– Интересным крупным объектом, который у нас в работе уже третий год, это известное месторождение Кючус. Раньше там была проведена колоссальная геологоразведка, порядка 140 тысяч погонных метров. Сейчас защищаем ТЭО кондиций с подсчетом запасов в ФБУ ГКЗ.
Другой, не менее крупный и важный для отрасли проект на базе золоторудного месторождения Тасеевское. В 2025 году мы разработали основные технические решения, проектную документацию на горную часть и обогатительную фабрику, а также всю инфраструктуру ГОКа, которая получила в 2026 году положительное заключение Главгосэкспертизы. Казалось бы, обычный проект производительностью до 2,5 млн тонн в год, но уникальность и сложность его заключается в том, что он разрабатывается на базе бывшего рудника с подземными горными выработками, а также чашей карьера, которые затоплены водой. Эта нетривиальная задача вновь бросила вызов нам в части поиска решений и возможностей по возобновлению добычи с оптимальными экономическими показателями.
Более того, чем больше мы погружались в историю этого месторождения, а также в данность, которую мы увидели в начале, тем больше генерировалось идей по превращению этого объекта во что-то более масштабное, чем просто комбинат. Так, однажды, была рассмотрена идея переработки заскладированных в прошлой жизни рудника хвостов обогащения с целью доизвлечения полезного компонента.
Чуть позже была рассмотрена идея вовлечения запасов рудопроявления Средний Голготай, находящегося поблизости, в единую структуру предприятия.
На самом деле не про все проекты мы можем рассказывать, многие клиенты строго запрещают разглашать какую-либо информацию.
– Бывают сложные, нестандартные ситуации при работе на проектах, как вы их решаете?
– Если говорить про полевую часть, ну там всегда приключения. Наши ребята добираются на вертолётах на труднодоступные участки, проходят их на квадроциклах, используют квадрокоптеры… С точки зрения логистики бывают настолько удалённые участки, что это всегда вызов для команды геологов.
– Если говорить про полевую часть, ну там всегда приключения. Наши ребята добираются на вертолётах на труднодоступные участки, проходят их на квадроциклах, используют квадрокоптеры… С точки зрения логистики бывают настолько удалённые участки, что это всегда вызов для команды геологов.
"Рок Энд Милл", геологоразведка, вертолёт, квадроциклы
А представьте, как в такие участки, да еще при минус 60 градусов, как в случае с Кючусским месторождением в Якутии, перевозить оборудование и работать. Люди, которые работают в таких условия, - просто герои.
Другой интересный и сложнейший проект - это месторождение Кумроч. Его сложность и уникальность заключалась в сейсмике, снегонагрузках, высоких рисках отхода снежных лавин. Запроектировать фабрику в таком месте - это непростая задача, равно как и обоснование, согласование такого проекта в госэкспертизе.
– Как вы определяете, будете работать с клиентом, или нет? Приходилось ли кому-то отказывать?
– Когда к тебе приходят пять клиентов, с одним из которых у нас уже есть своя совместная история, мы всегда отдаем приоритет ему. С другой стороны, нам очень интересно работать с недропользователями, которые недавно в отрасли, - например, новые китайские компании, - потому что в данном случае мы можем раскрыть весь свой потенциал, реализуя комплексные проекты "под ключ". Но в целом мы никогда не отказываемся от проектов, если есть ресурс.
– Когда к тебе приходят пять клиентов, с одним из которых у нас уже есть своя совместная история, мы всегда отдаем приоритет ему. С другой стороны, нам очень интересно работать с недропользователями, которые недавно в отрасли, - например, новые китайские компании, - потому что в данном случае мы можем раскрыть весь свой потенциал, реализуя комплексные проекты "под ключ". Но в целом мы никогда не отказываемся от проектов, если есть ресурс.
– Есть, кто к вам опять обратился, спустя несколько лет?
– Если честно, то практически все недропользователи возвращаются за проектами. Есть прям партнерские компании. Есть компании, такие как "Мангазея", "Полиметалл", "Золото Дельмачик", "Ареал" (ранее HGM), ЮГК, с которыми мы сотрудничаем почти 10 лет.
– Если честно, то практически все недропользователи возвращаются за проектами. Есть прям партнерские компании. Есть компании, такие как "Мангазея", "Полиметалл", "Золото Дельмачик", "Ареал" (ранее HGM), ЮГК, с которыми мы сотрудничаем почти 10 лет.
– Какую перспективу вы видите для компании, исходя из уже достигнутого?
– Наша задача - не сбавлять темпы. Мы растем еще больше, у нас уже свыше 500 человек в штате.
– Наша задача - не сбавлять темпы. Мы растем еще больше, у нас уже свыше 500 человек в штате.
Когда факторы косвенно показывают, что нужно расти и развиваться, в целом, экономика отрасли идет вперед. Появляется много клиентов, много новых проектов. Нужно расти.
Но расти с умом. Каждые полгода нужно анализировать пройденный путь и оценивать, не потерял ли ты эффективность. Рост, это всегда хорошо. Но всегда нужно оглядываться назад и оценивать, как рост глобально влияет на эффективность компании.
"Рок Энд Милл", работы в поле
© Фото (not_rian_foto)
Мы можем инвестировать в технологии, развивать проекты и расширять компетенции. Но в конечном счете именно люди определяют результат. Для нашей компании люди - это главные добытые самородки.
Справочно:
Егор Иванович Колесников родился 25 февраля 1988 года в Новосибирске. В 2010 году окончил УрФУ имени первого президента России Б.Н.Ельцина по специальности "Мировая экономика", в 2014 году Российскую Академию Народного Хозяйства и Государственной Службы при президенте РФ (РАНХиГС) по специальности "Менеджмент и управление проектами", также в 2024 году завершил программу MBA в Московской школе управления Сколково.
Егор Иванович Колесников родился 25 февраля 1988 года в Новосибирске. В 2010 году окончил УрФУ имени первого президента России Б.Н.Ельцина по специальности "Мировая экономика", в 2014 году Российскую Академию Народного Хозяйства и Государственной Службы при президенте РФ (РАНХиГС) по специальности "Менеджмент и управление проектами", также в 2024 году завершил программу MBA в Московской школе управления Сколково.
генеральный директор "Рок Энд Милл" Егор Колесников
© Фото (not_rian_foto)
Имеет более 10 лет опыта работы в горнодобывающей отрасли.
С 2013 по 2014 годы работал руководителем проектов в "Золото Камчатки" (входит в ГК "Ренова"), отвечал за закупку технологического оборудования и комплектацию строящейся ЗИФ ГОКа "Аметистовое", осуществлял организацию и контроль процесса подготовки проектной и рабочей документации.
Участвовал в создании GeoSolutions (сейчас Rock And Mill). С 2020 года по настоящее время возглавляет горно-геологическую сервисную и инжиниринговую группу компаний Rock And Mill.
Сергей Падалко
