Как сообщает портал "Золотой Запас" со ссылкой на анализ Алана Хиббарда, центральные банки и официальные учреждения совокупно владеют примерно 38 тысячами тонн (около 17% всего золота). США обладают крупнейшим запасом — более 8 133 тонн. Однако ключевой тренд — направление движения: центробанки в последние годы покупали более 1 000 тонн в год в течение. В 2026 году доля золота в их резервах впервые превысила долю казначейских облигаций США (27% против 22%).
Существует слой владельцев, почти не попадающий в новости: суверенные фонды благосостояния (от стран Персидского залива до Норвегии и Сингапура) и семейные офисы всё чаще рассматривают золото как отдельный инструмент хеджирования. Они не раскрывают свои активы так, как государственные фонды.
По оценкам Morgan Stanley, одни только индийские домохозяйства владеют примерно 34 600 тоннами золота (около 3,8 триллиона долларов по ценам середины 2025 года). Это больше, чем в десяти крупнейших центробанках вместе взятых. Большая часть — ювелирные изделия, передаваемые по наследству. Похожая картина в Китае.
В целом, суверенные фонды и семейные офисы незаметно увеличивают свои запасы, а азиатские домохозяйства продолжают воспринимать золото как культурный атрибут
Запад перестал рассматривать золото как деньги после 1971 года, и два поколения выросли на портфелях 60/40 из акций и облигаций. Теперь эта модель пересматривается: управляющие активами впервые открыто обсуждают двузначные доли золота в портфелях.
При этом предложение рудников растёт лишь на 1,5% в год, а число покупателей, нечувствительных к цене, увеличивается. Розничный инвестор теперь конкурирует не с другим розничным инвестором, а с центральным банком. Поэтому знание, кто и почему участвует в торгах не менее важно, чем цена, заключает аналитик.